Мой отчим – педофил

Автор: Татьяна Гостенкова; Создано 26.07.2012; Категория: Статьи
m16История одного изнасилования

О сексуальном насилии над детьми раньше было принято молчать. В СССР не было секса, не было и педофилии. Особенно той, что случалась в семьях. Наш рассказ основан на реальных событиях, но имена в нём изменены.

В глухой сибирской деревне удалого парня Степана, который любил разгульную жизнь, привечали за весёлый нрав и умение никогда не унывать. Местные девушки, да что там скрывать – и некоторые замужние женщины в нём души не чаяли. И он умело этим пользовался. Когда же этот вечный холостяк, разменяв третий десяток лет, решил жениться на Татьяне, все были просто удивлены: мало того что она была его старше и не слыла красавицей, так ещё и имела дочь-подростка, неизвестно от кого рождённую.

«Приворожила», – шептали бабушки на лавочке. Но мало-помалу разговоры стихли. Татьяна, вроде бы, взяла молодого мужа в руки, он даже устроился на работу конюхом. Правда, гулять не перестал, за что жена не раз била окна соседкам. А вот к падчерице относился как к родной. Покупал ей подарки, хвастался на всю деревню, что растёт она красавицей, да и к нему относится как к отцу.

В тот вечер Степан собирался на речку. Он рыбачил постоянно, но часто улова не приносил, а спустя несколько дней Татьяна узнавала, у кого из соперниц муж ночевал в ту ночь. Поэтому супружница и решила в этот раз отправить с ним четырнадцатилетнюю падчерицу. Мол, она за ним проследит да и пить много не даст. Тем более, у девочки были летние каникулы. Света приняла предложение матери с восторгом, она любила бывать на природе. Степан, было, собрался взять с собой друга – соседа Витьку, но тот был с глубокого похмелья и вставать с постели наотрез отказался.

На речку приехали на мотоцикле. Вечерело. Отчим достал удочки, банку с наживкой, тут же отложил их в сторону. «Утром и пойдём рыбалить, – объяснил он Светлане. – А ты пока порежь огурчиков, колбаски, а я тем временем костёр разложу».

Приготовив закуску, девочка присела к огню. Смотря на яркие язычки пламени, она мечтала, как окончит школу и уедет в город, поступит учиться (хотела стать медсестрой, как деревенская фельдшерица тётя Валя.) Отчим тем временем заканчивал вторую бутылку самогонки, заботливо нагнанную женой. Уставшая девочка, отойдя от костра в сторону, укрылась фуфайкой и сладко заснула.

Проснулась Светлана ночью от навалившейся на неё тяжести. Кто-то шарил рукой по груди, задирал юбку. Подумав, что этот «кто-то» – чужой, она закричала: «Папа!» «Успокойся и молчи, – услышала в ответ. – Скажешь матери, убью». Не обращая внимания на слёзы падчерицы, отчим насиловал её до утра. А затем пошёл «рыбалить». Светлана, забившись под телогрейку, горько плакала. Потом, складывая удочку в люльку мотоцикла, отчим приказал: «Кончай слёзы лить, теперь уже ничего не исправишь. Сама виновата, что свою дуру-мать послушалась: такая взрослая девка, а поехала в лес с мужиком. Ей – ни слова. А я тебя больше пальцем не трону».

Домой Степан приехал очень злой. Кинув на стол несколько пойманных рыбок, велел жене принести похмелиться и накрывать на стол. Как ни в чём не бывало пригласил соседа Витьку, и они сидели до вечера, а мать суетилась рядом, поднося еду.

Пролетело несколько месяцев. Видя, что отчим смотрит на неё, как на пус­тое место, Светлана успокоилась. Но не было месячных, и это не осталось незамеченным матерью. «Застудилась, наверное, на рыбалке. На голой земле ведь спала», – предположила та. Через некоторое время беременность уже стала заметной. В один из вечеров, бросив внимательный взгляд на располневшую дочь, Татьяна ахнула: «Нагуляла, лихоманка! В подоле принесла?» Схватив попавшуюся под руку кухонную тряпку, она начала ею хлестать девочку по щекам: «Говори, кто?» Думая, что отчим признается и заступится за неё, Света рассказала правду, чем ещё больше взбесила мать. «Врёшь, сука, – кричала она, продолжая избивать дочь теперь уже ремнём, – он любит только одну меня!»

Ночью Светлана убежала к жившей в той же деревне бабушке. Та, выслушав её, оделась и пошла к дочери. О чём они там говорили – неизвестно, но вернулась старушка вместе с отчимом. Тот начал просить прощения, умоляя никому и ни о чём не рассказывать. Давил на жалость: мол, «узнают и посадят меня. Скажи, что тебя в лесу изнасиловал какой-то городской парень. А я тебе потом помогу в учёбе и в дальнейшей жизни».

«Мать твоя сестрёнку носит, – убеждал он Светлану. – Окажусь в тюрьме, кто её растить будет? Да и шибко она меня любит, оставшись одна, совсем пропадёт, сопьётся и умрёт».

Последний довод Свету убедил. Пришедшему милиционеру она рассказала всё так, как велел отчим.

Рожала девочка в районной больнице. Когда медсестра принесла кормить появившегося на свет малыша, то, по совету бабушки, к груди его не приложила, твёрдо заявив, что напишет отказ.

– Не сладко ему будет без мамочки родной, в детский дом попадёт, – пыталась вразумить её медсестра.

– Я сама ещё ребёнок и жить хочу! – крикнула в ответ.

Из роддома девушка вернулась к бабушке. Та, собрав её нехитрые пожитки, срочно увезла внучку в город, к какой-то дальней родственнице. Женщина оказалась бездетной и привязалась к девушке: помогла окончить школу и поступить в медицинское училище. Время лечило, прошлое постепенно забывалось. Светлана встретила парня, вышла замуж. Одна за другой появились две дочери. Изредка женщина всё же вспоминала, что где-то у неё растёт сын. Утешала надежда, что, возможно, его приняла какая-нибудь добрая семья…

Прошло около двадцати лет. Мать с отчимом всё это время, видимо, чувствуя за собой грех, на глаза не показывались. Светлана породнилась лишь со своей младшей сестрой, так похожей на неё. Бойкая девчонка нашла её в городе, и Светлана приняла родственницу в свой дом. Та тоже поступила учиться в медучилище, иногда ездила к родителям, но рассказывать о них не любила. Говорила лишь, что они сильно болеют и много пьют. Отец, как только примет на грудь, просит прощения у «Светочки», а вот – за что, младшая так понять и не может. «Сильно обидел тебя, что ли?» – недоумевала она.

В тот вечер вся семья была дома. На раздавшийся звонок дверь пошёл открывать муж. Вернувшись, он сказал жене:

– Там твои родители приехали. Дикие они какие-то, я их приглашаю пройти, а они стоят за порогом. Просят, чтобы ты вышла. «Выгнать», – такой была первая мысль женщины. Вновь вспомнила она костёр, отчима и его дикие глаза.

...За порогом стояли женщина со стариком. Мать кинулась на грудь Светлане: «Доченька моя!» А отчим, распахнув куртку, оголил шею: из неё торчала трубка.

– Судьба наказала за тебя. Врачи сказали, что жить осталось недолго. Не хочу со страшным грехом уходить на тот свет. Бога ради, прости, – и прямо в подъезде упал на колени.

 

{odnaknopka}

 

Комментарии  

 
 
Имя
#6 Имя 21.02.2022 10:51
А пацану то каково, а? Жить начал сразу с epic win. Мама сказала - нахрен нужен.
Цитировать
 
 
Имя
#5 Имя 21.02.2022 10:46
Блэт, кашей жэ [censored]. Прибил бы тварь.
Цитировать
 
 
bloodlord
#4 bloodlord 19.08.2018 04:41
Цитирую Юля Имбичук:
Как не странно но у меня подобная ситуация. Мне тогда 12 было. и чтобы удержать отчима моя мама подложила меня под него. так и до 17 лет он спал со мной и мамой. Первый аборт сделала в 15 потом еще 2 аборта. Вознинавидела я мужиков. Сейчас мне 24. Я лесбиянка.

а ху еть.... Что за ужасная у тебя мать
Цитировать
 
 
Юля Имбичук
#3 Юля Имбичук 02.11.2017 20:53
Как не странно но у меня подобная ситуация. Мне тогда 12 было. и чтобы удержать отчима моя мама подложила меня под него. так и до 17 лет он спал со мной и мамой. Первый аборт сделала в 15 потом еще 2 аборта. Вознинавидела я мужиков. Сейчас мне 24. Я лесбиянка.
Цитировать
 
 
Тот же репертуар
#2 Тот же репертуар 14.07.2017 15:37
Цитирую Гость2017:
инфантильно всё, по-русски.

Скорее, по-гостенковски, как обычно
Цитировать
 
 
Гость2017
#1 Гость2017 14.07.2017 14:12
Терпеть такое не могу. Мамаша выбрала насильника дочери, пострадавшей сломали жизнь еще и заставив от ребенка отказаться, отчим истерики закатывает под конец жизни- инфантильно всё, по-русски.
Цитировать
 

Видео

900

monitoring

Последние комментарии

Наверх